На главную Дмитрий Нагиев в театре Работы Д.Нагиева в кинематографе Работы Дмитрия Нагиева на телевидении У вас есть мнение? Выскажите его! Записи Фотографии и другие графические материалы Статьи о Дмитрии Нагиеве Непридуманные истории от Дмитрия Нагиева и Непридуманные истории о Дмитрии Нагиеве

Rambler's Top100

Глава восьмая. Как и обещала – а вот и я.

Глава восьмая. Как и обещала – а вот и я.

Зима тянулась долго. По сообщениям с форума было видно, что ДН активно гастролирует. То и дело из разных городов поступали сведения о спектакле, о закулисной жизни, об интервью и общении. Я четко поняла, что не одна такая смелая, а как минимум в каждом городе по такой вот назойливой поклоннице у ДН имеется. Необходимо было как-то выделиться из толпы. Я принялась думать. Ничего путного в голову не лезло. Приходилось продолжать обычную жизнь. В Питере же тем временем активизировался клуб «Парадокс». С завидной регулярностью там выступали то Нагиев, то Рост, а то и вместе. В. наладила устойчивый контакт с кукловодами, нашла точки соприкосновения и даже получилось так, что они враз стали заинтересованы в ней больше, чем она – в них. У В. была настоящая активная, полная путешествий и эмоций жизнь. Я же грустила в НН, регулярно посещая ВА и сайт ДН. В. даже как-то раз приехала ко мне в гости на день вооруженных сил СССР, взбодрила меня, сняла чудесную передачу про город, много фотографировала пса Рафика и оставила очень хорошее впечатление у моей мамы. Когда она уехала, стало еще грустнее.

Я всей душой рвалась в Питер, но телом была прикована к НН как якорем. Началась весна, март, потом апрель. В. радовала ежедневными сводками про то, как там, в Питере, я изнывала. Ну, все, - в какой-то момент я могу быть чрезвычайно решительной, - ну все – сказала себе, - так больше продолжаться не может, я еду в Питер! Тем более, на майские праздники в ДК Ленсовета было заявлено аж два спектакля – «Кыся» и новый «Эротикон». Был повод покатиться за 1000 км в один конец.

Снова пришлось заглядывать в глаза ВА и бормотать, что мне очень надо, и я потом все-все отработаю, пустите в театр. ВА был как обычно великодушным, отпустив меня, он и сам ушел в загул (подробности опустим, такое ощущение, что он ходил на работу только тогда, когда там в кабинете сидела я, типа чтобы рассказать новый анекдот или книжку, что давеча читал в бессонницу). Пересчитав деньги в кошельке и заначке, поняла, что их у меня – в обрез. То есть придется ехать в плацкартном вагоне и, наверное, по чужому инвалидному удостоверению (тоже без подробностей, ибо стыдно).

Созвонились с В., договорились о встрече в Питере – как сейчас помню, метро площадь Восстания, в вестибюле на выходе. Обнялись, расцеловались, тут же в театральной будке купили билеты на завтра на «Эротикон» и пошли бродить по городу. У В. очень скоро образовались какие-то свои дела, и она меня покинула. И я пошла ногами по своему любимому маршруту – мимо Дворцовой набережной, через Дворцовый мост, постоять у воды, покачать головой, задрать голову на ростральные колонны, через мост строителей на Петроградку, посмотреть на Неву, потом в Александровский парк. А это был как раз день 9 мая – очень много праздношатающейся публики, ветераны в орденах, довольные дети и веселая молодежь. Было очень тепло, градусов 20, уже полно зелени, почти что лето. Настроение тоже приподнятое – все так замечательно! Я купила пиво, чипсов и расположилась в парке. Посидела полчасика, выпила, покурила, посмотрела на часы и…… и поняла, что если я сейчас пойду медленным шагом к Горьковской, потом по Каменноостровскому проспекту, потом мимо Петроградской, буквально метров 50, то я попаду…. Да-да, как раз в ДК Ленсовета к началу «Кыси». Решение пришло мгновенно – надо идти. Зачем я шла туда, что хотела увидеть – неизвестно. Просто была какая-то интуиция, что идти надо и все.

К ДК я подошла за полчаса до начала спектакля. Билетов на «Кысю» у меня не было, и вообще посещение спектакля в планы не входило. Я просто решила осмотреться на местности. Около входа толпилось громадное количество девушек. Многие были очень парадные и с цветами. По лихорадочному блеску в глазах можно отличить поклонниц от простых любительниц. Нда, печальное зрелище… Завтра и я буду выглядеть так же – пунцовые щеки, безумные глаза, нелепые цветы, судорога и нервы. Я решила поискать служебный вход – надо же знать, через какое отверстие в сей храм искусства (кто его видел, то поймет издевку – это здание ДК находится в ужасном состоянии, практически халупа и развалина, кошмар времен первых пятилеток с низкими потолками, узкими проходами и столбами, поддерживающими деревянные перекрытия, случись пожар – никто не выживет) проходит САМ. Так, проявим смекалку – рядом с входом в кассы неприметная табличка «служебный вход». Ну нет, через эту дверь может ходить Самвел Мужикян, но не как не ДН с Игорем Лифановым – не тот калибр. Надо посмотреть здание со всех сторон, наверняка где-то есть более укромный вход. И я пошла мерить шагами здание по периметру.

И быстро зашла в тупик – дом кончился, за поворотом какая-то непонятная арка и тут же начинается другое здание. Кто так строит, а? Пришлось идти в арку. Как это обычно бывает в Питере, арка – не просто арка, а вход в лабиринт. Думаешь, что попадешь во двор, ан нет – попадешь сначала в один закоулок, потом в другой и так до бесконечности. Я шла практически по отмостке, чтобы окончательно не заблудиться. Во дворе было пустынно и как-то тревожно. Какие-то непонятные надписи – например, «боулинг» над козырьком подвала – сбивали с толку. Я шла и шла, а служебного входа все не было и не было. Внезапно за очередным поворотом увидела небольшую автостоянку и крыльцо с козырьком, на котором стоял Алексей Климушкин и курил. Ба! Нашла! Вот он и есть – настоящий служебный вход. Ура-ура, пятерка мне за наблюдательность и интуицию. Встала напротив Климушкина и, от нечего делать, тоже закурила. Было десять минут до начала спектакля (а вот, наверное, опять я выражаюсь стилистически неграмотно). Около служебного входа не было ни души, только Климушкин смотрел куда-то вдаль, в ту сторону, откуда появилась я, видимо, кого-то ждал и сильно нервничал. Потом он сошел с крыльца, я подумала – эх, была-не была и подошла к нему.

- Алексей?
- Да….
- Здравствуйте!
- Здравствуйте….
- Извините, а вы не могли бы передать Диме привет?
- Да, конечно. О кого?
- От меня.
- Но….
- Ах, да – я – Людмила, из Нижнего Новгорода, помните, вы были в январе у нас на гастролях?
- Да, что-то такое припоминаю….
- Я подходила к вам в телецентре.
- Ммммм….
- Понимаю-понимаю! Алексей, скажите, пожалуйста, а в июле месяце будут спектакли здесь, в Петербурге?
- Нннууу, я не знаю, вероятно… Вообще-то у нас запланированы гастроли на дальний восток, но это в начале месяца, а потом может и будут спектакли.
- А в «Парадоксе» Дима будет?
- Ой, не знаю!
- Понимаете, у меня отпуск в июле, я буду в Питере…
- Ах, да! Вы хотите пройти внутрь?
- Нет-нет, что вы, я завтра иду на «Эротикон». А вы там тоже играете?
- Да, тоже.
- Очень хорошо! Тогда до завтра, Алексей!
- Всего хорошего!

Он еще немного потоптался и поспешил внутрь – еще бы, ведь спектакль начинается в его сцены. Пока я говорила с ним, то разглядела, что у него желтые глаза. Такие редко бывают, и мне очень нравятся – цвет спелого крыжовника, не в зелень, а в желтизну.

Удовлетворенная собой, развернулась и пошла обратно. По дороге мне попалась запыхавшаяся Алиса Шер с сыном. Ага, понятно, кого высматривал Климушкин. Довольная я поехала домой.

На следующий день мы договорились встретиться там же, на выходе площади Восстания, и пораньше. Мне необходимо было что-нибудь принять, чтоб уменьшить дрожь. В. была какая-то рассеянная, на все мои вопросы отвечала односложно и совсем не разделяла моего волнения. Она была на редкость спокойна. От этого меня затрясло еще больше.

По дороге к ДК мы несколько раз присаживались в каких-то кафешках, что-то ели, что-то пили, фотографировались, а у меня внутри нарастало какое-то непонятное чувство – мне не хотелось идти в ДК. Пришлось вести внутренний диалог и выяснять, в чем дело. Так я ничего и не поняла, что происходит.

К ДК мы пришли за полчаса до спектакля, ровно во столько же я была здесь сутки назад с совершенно другим настроением. Купила цветов, какой-то букет из роз. Зашли внутрь. Стали маяться, как неприкаянные, пока не пустили в зал. У нас были хорошие места на каком-то близком, четвертом, что ли ряду. Сцена оказалась все равно очень далеко – там еще есть громадная оркестровая яма, которая занимает место как минимум 6 рядов. Зал потихоньку заполнялся поклонницами ДН. Было понятно, что обычные люди (те – которые ради любви к искусству) на спектакли ДН не ходят. Женщин было не просто большое количество, а подавляющее большинство – процентов 70-80. Некоторые были при таком параде, как будто только что сошли со страниц журнала Pleyboy. Девушек с букетами я насчитала человек 30 и это только в моем поле зрения. Мне стало окончательно нехорошо, я вжалась в кресло и вцепилась в несчастный букет.

Когда начался спектакль, немного отвлеклась. Приходилось следить за тем, что происходит на сцене и напрягаться, чтобы понять смысл происходящего и услышать реплики героев. Акустика в зале просто ужасная. Дима почти не уходил со сцены. Я буквально впилась в него. Защемило сердце. Боже мой, что он здесь делает? Какая порнография….. С каждой новой новеллой спектакль мне нравился все меньше и меньше. «Какая пошлость» – бормотала я. Наконец наступил перерыв. Мы с В. посмотрели друг на друга и, если бы не мой дурацкий букет, то ушли бы со второго отделения. Мне было окончательно нехорошо – и физически, и морально. Вышли на воздух, покурили, послушали, что говорят зрители. Какая-то девочка предложила пойти в Макдональдс на втором отделении – типа там хотя бы вкусно. Но мы все равно вернулись в зал. Второе отделение показалось еще хуже первого. Я с трудом понимала, что вообще происходит, и к чему весь этот фарс в ярких одеждах. От напряжения взмокла. Кошмар какой…. Куда деваться, а? Что за пытка?

Похоже, что близок финал, так как к сцене со всего зала стали стягиваться девочки с букетами, пакетами и сияющими лицами. Вот и В. толкает меня в бок – иди, мол, иди, чего застыла, давай пока сумку подержу. Пришлось встать и пойти занимать очередь на возложение цветов. Поднялась на сцену, кругом люди, суета, толкучка, какие-то девочки постоянно ходят туда-сюда, кто-то уже фотографирует, оживление как в метро. А я застыла на краю сцены и не могу пошевелиться и сделать шаг вперед. Дима уже весь в цветах, не знает, куда их деть, бедный, а ему все несут и несут и тут еще я с этими дурацкими розочками, Господи, что за наказание! И вдруг вижу, что прямо перед моим носом начинает закрываться занавес, то есть, все – концерт окончен. Так, а как же я? И мне пришлось метнуться за кулисы. Боже мой, что же делать!? Все актеры уже расходятся, вот и Дима тоже устало идет прочь от меня. Догоняю, трогаю за рукав.


- Дима.
- Да.
- Это вам.
- Спасибо, - смотрю, а он никакой – если на сцене, пока вокруг него вились девушки, он держал «фирменное» лицо и делал масляные глаза, то сейчас он просто – никакой. То есть такой, как в жизни. И тут вдруг я – с какой стати? Ужас и как стыдно!
- Дима, а вы меня узнали?
- Нет.
- Я Люда, из Нижнего Новгорода, помните, вы были у нас в январе, - какой позор и унижение, все, зарок – ни-ког-да, больше – ни-ког-даааааа
- Ах да, что-то помню, - он даже не смотрит в мою сторону, а так - куда-то мимо.
- Я специально приехала на спектакль….. – оправдывайся, маньячка! Дура.
- Спасибо, спасибо, Люд, - ага, посмотрел, глаза красные, очки без стекол, ужас, до чего его жалко.
- Оооо – пытаюсь еще что-то промямлить, не могу уйти, ноги как ватные. – Когда вы к нам еще приедете? – глупее этого вопроса только «который час?»
- А мы же сейчас едем на гастроли. Леш! Куда мы едем? – Климушкин что-то отвечает. – Да, мы наверное приедем, – все, пиздец, он даже не знает, куда они едут.
- Все, спасибо! До свидания! Всего хорошего! – бежать, бежать во всю прыть, долго, быстро, никуда не сворачивать, прямо и быстро, высоко задирая ноги.

С трудом нашла выход из-за кулис, на меня уже зло смотрел охранник. Все-все, поднимаю руки как пленные немцы в 45-м, уже ухожу. В. ждет меня внизу.


- Ну, как?
- Пиздец.

Говорить мне не хотелось, мне вообще ничего не хотелось. Мы молча вышли на улицу, чувствую, что если сейчас же чего-нибудь не выпью, то развалюсь на части. Ищем, где бы посидеть. Как назло все закрыто, а в Макдональдсе не наливают. В. заторопилась домой, мы попрощались, и я осталась один на один со своим кошмаром.

Как и мечтала, пошла быстро и прямо, высоко задирая ноги (в оригинале звучит как «высоко задирая белые ноги», но я немного перефразировала). За пять минут дошла до Горьковской, там ларьки, оживление, люди. Взяла пива – сразу две, чтоб не бегать, отошла от бомжей при входе в метро и залпом выпила бутылку. Стало значительно легче (однозначно, у меня есть алкогольная зависимость, гыгы). Пошла в неизвестном направлении, куда-то присела, открыла вторую бутылку. Нда, Люда – сказала сама себе – хреновая получилась встреча. Опять не то. А как же сделать – то? Мыслей на этот счет не было ни одной. Захотелось поскорее забыть весь этот кошмар. Порылась в сумке и нашла маленькую книжку стихов какого-то петербургского неизвестного поэта – я ее купила утром в галерее «Борей» за 10 рублей в подарок Маше. Загадала страницу, строку, открываю и читаю что-то типа «женские ладошки мягче шелка». Так, ну и бред. Все, решила больше никогда по книгам не гадать, хватит.

На следующий день у нас было запланировано хорошее мероприятие – заботливая В. устроила мне классное развлечение – она пригласила на дипломный спектакль выпускников ЛГИТМИКа. Не спрашивайте, как она оказалась связана с выпускниками, не суть важно. Главное, что я забылась от вчерашнего. Выпускники порадовали. Во-первых, я попала в кузницу кадров всего питерского актерского мастерства, а во-вторых, увидела потрясающе красивого мальчика. Дело в том, что это были не актеры, а кукольники. И курс был не обычный – совместный русско-бурятский. И руководитель курса – не просто мастер, а мастер с большой буквы «М» - он ставил очень своеобразные пластические номера. Ребята с помощью своих тел и рук делали целые композиции. Описать это невозможно, это надо видеть. На сцене из двадцати человек выделялся один – высокий, стройный, с длинными сильными ногами, мускулистыми руками и очень красивым одухотворенным лицом. Он был, безусловно, звезда курса (особенно на фоне приземистых и коренастых бурятов). В одном из номеров он разделся по пояс (сверху) – было что-то про сотворение мира – я вообще закусила губу. В перерыв спрашиваю В. – кто это? Она делает круглые глаза и отвечает – ты что, слепая? Это же Л. – кукловод Сергея Роста и напарник АК! Аааааа точно! Это же он! Вот так радость, вот так радость…. По окончании спектакля он подошел к нам, о чем-то поговорил с В., с АК, я же не могла выдавить ни слова – вблизи он оказался еще прекраснее (вот, что значит – молодость, гыгыгы).

Вечером у нас было еще одно мероприятие – мы пошли в «Парадокс» на сольное выступление Роста, ну и естественно – кукловодов. Народу было очень мало. Так мало, что даже не все столики оказались заполненными. Рост уже был в «Парадоксе», ходил туда-сюда, с кем-то о чем-то разговаривал, мелькал, короче. У нас с В. был ближний к сцене стол. Заказали пива, орешков (все остальное в этом заведении неподъемно дорого). Ближе к одиннадцати появились наши кукловоды, и началось представление. Номера были те же, что и полгода назад. Я во все глаза смотрела на Л. и его дурацкую куклу. Потом вышел настоящий Рост и начал свое выступление. Было весело. Он честно отработал, по окончании я пошла к нему за автографом для Ани. В. заторопилась домой – у нее вновь были какие-то ночные дела, я же решила еще немного посидеть, а уехать позже на такси. Мы расцеловались, попрощались, помахали друг другу ручкой. Я вернулась за столик. Одинокая белая женщина – нда, картина маслом. И тут вдруг ко мне подходит Л., мило улыбается, и спрашивает – вы что, остались одна? Я энергично киваю головой – дадада, одна! И приглашаю его присесть рядом. Он кивает в сторону куклы Роста, говорит, сейчас, мол, пристрою ее, и вернусь. Вернулся очень быстро, сел напротив, улыбается, спрашивает, как мне дипломный спектакль. Говорю, что не знаю, как спектакль, я все время смотрела на вас и только на вас. Говорю, что вам, Алексей, ни в коем случае нельзя быть за ширмой, это почти что преступление. Он смеется, довольный, во все глаза смотрит на меня. Немного смущаюсь, пунцовею, говорю, что меня зовут Люда, очень приятно, завтра уезжаю в НН, да, дела-дела. Потом мы еще о чем-то болтаем, пьем пиво, уже поздно, прошу его помочь вызвать такси, я не знаю ни одного номера. Он идет к барной стойке, куда-то звонит, что-то говорит, возвращается ко мне с бумажкой, на которой записан номер машины. Мы прощаемся до июля месяца.






Главная Театр Кино ТВ Форум Энциклопедия Звук Фото Пресса Истории от Д.Н.